Военкомат отправил в психиатрическую больницу что будет если не проходить

Через что придется пройти, чтобы получить военный билет

Военкомат отправил в психиатрическую больницу что будет если не проходить

Однажды мы все оказываемся в военкомате. Сначала для медосмотра, потом для оформления документов, следом по призыву.

В 2016 году в армию призвали более 150 тысяч подростков — это только четверть от всех призывников, которых таскали по врачам и пытались нарядить в форму. Среди тех, кто не уехал служить, оказался и я.

И пока я мотался по больницам, наслушался безумных историй, странных врачебных рекомендаций, насмотрелся на самых разных людей. Вот, к чему стоит готовиться, если решишь косить. 

Ты никому не нужен

Среди напуганных студентов и школьников популярно мнение, что жадная рука родины очень хочет сгрести их всех в армию. Это совсем не так, по крайней мере сейчас.

Уже много лет объем необходимого воинского состава значительно меньше, чем количество желающих или вынужденных служить. В военкомате к призывникам относятся спустя рукава. Усатому дяде-капитану, который штудирует личные дела, можно дать немного денег и уйти с комиссии домой.

Вряд ли так можно делать до самых 27 лет, но пару раз слинять с пар и заодно прогулять медосмотр — легко.

К тому же, никакой жесткой системы охраны во время досмотра нет. Ты сидишь в тесном, плохо проветриваемом советском помещении с десятками призывников разного возраста. Они в трусах обсуждают игры, пердят и ржут, кто-то читает книгу, а кому-то традиционно хочется курить.

Никто не будет против, если ты оденешься и выйдешь на улицу. Рядом не дежурят солдаты или офицеры, они лишь наблюдают, чтобы ты оперативно проходил врачей и валил домой. Тем же занимаются медсестры.

Одноклассник как-то получил личное дело, но не расписался за него — в итоге он просто ушел с ним домой и до 25 лет военкомат о нем тупо забыл.

С докторами вряд ли получится договориться. Они, словно сотрудники Google, проходят годы нейролингвистического программирования: задают четкие вопросы, требуют конкретных ответов и не верят на слово, если у тебя что-то болит. Но и решения принимают молниеносно, особенно если пожалуешься на депрессию или засветишь шрамы на руках. Пару недель в психдиспансере тебе обеспечены.

Запасись терпением

Когда идешь на сознательный обман системы, приходится учиться ждать. У меня ушло около двух лет на то, чтобы полностью отвадить государство взымать с меня долги. Может случиться так, что ты обратишься за помощью не к тому военнослужащему, и против него прямо в процессе заведут дело в вышестоящих органах.

Или тебе просто не поверят, и придется еще раз, снова и снова, проходить комиссию и ехать в больницу. Большая часть факторов — чистая удача и финансовые возможности. Некоторые одногруппники просто заплатили тройную сумму и пришли за военным билетом через полгода. Нет смысла называть конкретное количество денег, потому что все варьируется от региона.

В Москве мне бы та же самая операция обошлась в три-четыре раза дороже, чем в области.

Тем, у кого денег нет, придется лежать в больнице, иногда в нескольких и каждые полгода, и общаться с очень неприятными людьми.

Врачи, которые будут готовы сдать тебя при первой возможности, потому что деньги уже отданы, капитаны, которые могут бросить прямо посреди военкомата и сделать вид, что никаких договоренностей не было. Серьезные деньги просто сгорят. Хуже всего будет с обычными людьми.

Худшие из худших — соседи по палате. Срущие, жрущие, старые, вонючие, безмозглые и инертные, они будут портить тебе жизнь неделями одним своим существованием. Вот пара классических случаев.

Готовься к поразительным историям

Когда я лежал в первый раз, моими соседями были такие же студенты-оболтусы. Мы сначала молча смотрели сериалы на ноутбуках и изредка обсуждали медицинские процедуры. Но потом нашлись общие темы, тупейшие мемы и идиотские шутки о мамках, после чего ситуация превратилась в типичный школьный лагерь.

Невесело было только одному парню, который лежал не от военкомата, а из-за проблем с ногами. Если кратко, он просто перестал ходить. До сих пор не знаю, что с ним случилось.

Зато, пока мы ели роллы с пиццей и ждали, когда там уже загрузится новая серия «Рика и Морти», он рассказывал самые дикие истории, что я когда-либо слышал в жизни.

Другой раз в больнице получился менее комфортным — моими соседями оказались деды. Те, что ходят под себя, чтобы их мыли симпатичные медсестры, смотрят шоу Владимира Соколова про Украину и инопланетян на немецких «боингах», и играют в карты до шести утра. Мне надо было не только работать в такой обстановке, но и казаться больным, неприметным и более-менее своим.

Худшая ситуация — когда тебе уже дали прописанное снотворное, но ты еще не отрубился. Ты пребываешь в сочетании «синдрома старой ведьмы» и панической атаки, когда еще оцениваешь ситуацию вокруг, но уже не можешь двигаться.

В этот момент жирный сосед начинает уминать шаурму и запивать ее противнейшим зеленым чаем. Прихлюпывая, смакуя лаваш, он издает мерзкие нечеловеческие звуки, а параллельно ведет беседу о геополитике.

Воистину, хуже заводского рабочего может быть только заводской рабочий с собственной экспертизой.

Будь актером

Если ты задумаешь откосить от армии, придется врать друзьям, медсестрам, знакомым в палате, врачам, а в разговорах по телефону рассказывать о болезни, которую ты имитируешь для диагноза. Доверять нельзя никому.

От того, насколько необычное заболевание ты выдумал, будут зависеть требования к актерской игре. Например, гастрит требует стойкости горла и толстой кишки, как бы странно это ни звучало. Придется много глотать, засовывать в себя продолговатые трубки и контролировать рвотный рефлекс.

И отыгрывать, что у тебя на самом деле болит живот, ты всю жизнь не ешь жареную и жирную пищу и в целом очень страдаешь. Да и это не самый сложный случай: какой-нибудь энурез, когда приходится ходить под себя и регулярно лежать в собственной моче — куда более яркое и тяжелое приключение.

Большую часть времени придется обманывать врачей. В зависимости от диагноза тебя будут направлять к совершенно разным специалистам. Важно, чтобы в той больнице, где ты лежишь, был хотя бы один доктор, который в курсе твоего обмана.

Иначе тебя затаскают по проверкам, которые выдадут реальное положение вещей.

Конечно, советские клиники — крайне неприятное место, но в основном из-за людей: пациенты зачастую ведут себя неадекватно, орут на окружающих или лезут без очереди.

Был необычный случай на приеме у психиатра. Со мной стоял толстый парень, охраняемый мамой, потому что, цитата, «я вот сейчас отойду, ты сразу к своему компьютеру сбежишь, а тебе в армию надо». Она убеждала сына в том, что единственный выход из жизни бездельника — отслужить и стать «настоящим мужчиной». Как я потом услышал от громкоголосой медсестры, парню недавно исполнилось 26 лет.

Источник: https://disgustingmen.com/zhizn/you-are-in-the-army-now

Дополнительное обследование | Служба Помощи Призывникам

Военкомат отправил в психиатрическую больницу что будет если не проходить
Дополнительное обследование – стандартная процедура подтверждения диагноза и его соответствия статьям Расписания болезней. Только после обследования призывнику может быть выставлена непризывная категория годности и выдан военный билет.

Как проходит дополнительное обследование: процесс

Дополнительное обследование от военкомата — это комплекс медицинских исследований для диагностики заболевания, необходимых для уточнения или подтверждения диагноза военнообязанного гражданина. На такое обследование направляются все призывники, у которых имеются какие-либо проблемы со здоровьем.

Чтобы получить направление на дополнительное обследование, нужно сообщить врачам военкомата о своем заболевании. Если болезнь находится в стадии ремиссии или её нельзя обнаружить визуально, призывнику обязательно понадобятся медицинские документы с записями о диагнозе.

Иногда военный комиссариат отказывает призывнику в проведении обследования. Например, в практике юристов Службы Помощи Призывникам был аналогичный случай: военный комиссариат Перовского района отказал призывнику в направлении из-за того, что у молодого человека не оказалось медицинских документов.

В отличие от медицинского освидетельствования, обследование проводится не в военкомате, а в государственном медицинском учреждении: поликлинике по месту жительства, больницах или диспансерах.

Все процедуры призывники проходят бесплатно.

 Право на бесплатные медицинские услуги закреплено законом «О воинской обязанности и военной службе», поэтому требование оплатить какие-либо исследования, анализы или консультации врача неправомерно.

Процесс призыва начинается с получения призывником повестки и заканчивается вынесением решения призывной комиссией. Если вы уже получили повестку в военкомат или столкнулись с нарушением при прохождении призывных мероприятий, узнайте, как защитить свои права, на странице «Помощь призывникам» .

Медобследование от военкомата осуществляется в дневном или круглосуточном режиме. Для его прохождения призывнику потребуются следующие документы:

  • акт от военкомата;
  • паспорт и полис;
  • карта амбулаторного больного и другие документы, в которых зафиксирована информация о диагнозе (если есть).

Вид исследований, которые необходимо пройти призывнику для подтверждения диагноза, определяет лечащий врач. После завершения всех процедур в направление от военкомате заносятся результаты осмотра и записывается заключение о здоровье.

Нарушения на дополнительном обследовании

цель обследования — проверить наличие заболевания или выяснить причину возникновения какого-либо синдрома.

Даже если призывник принесет толстую папку с документами, в которых детально будет описан диагноз, военно-врачебная комиссия отправит его заново проходить исследования.

Категория годности при этом будет зависеть исключительно от заключения врача, проводившего обследование от военкомата.

Иногда подобное правило приводит к тому, что результаты обследования отличаются от результатов диагностики, пройденной ранее.

С такой ситуацией можно столкнуться при изменении состояния здоровья, при нарушениях со стороны врачей или проведении неполного перечня исследований.

К примеру, в практике Службы Помощи Призывникам был случай, когда врач при проведении дополнительного обследования неправильно расчертил снимок стоп, из-за чего записал в направлении от военкомата не третью, а вторую степень плоскостопия.

Что делать, если диагноз был занижен или завышен? В первую очередь можно поговорить с врачом и узнать, с чем могут быть связаны эти изменения.

Если вы уверены, что врач допустил ошибку или записал заключение без проведения необходимой диагностики, то вы можете пожаловаться главному врачу этого медучреждения.

Если вам уже выставлена категория годности, то можно ее обжаловать. Сначала подается заявление в вышестоящий военный комиссариат, а затем в суд.

Военкомат отправляет в ПНД: что делать?

Как и медицинское освидетельствование, дополнительное обследование — обязательный этап прохождения призывных мероприятий, без которого невозможно объективно оценить состояние здоровья призывника.

  Поэтому, если военкомат отправляет на обследование в ПНД, значит, врачу-психиатру для определения категории годности нужно заключение о состоянии психики военнообязанного.

Причин, по которым военный комиссариат отправляет в психоневрологический диспансер, может быть множество: неудовлетворительные результаты психологического тестирования, отклонения в поведении при освидетельствовании, записи в медицинской карте и т.п.

Можно ли отказаться от обследования в ПНД? Неоднозначный вопрос. С одной стороны, ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» допускает такую возможность. Согласно этому нормативно-правовому акту, медицинское вмешательство без согласия граждан допускается только в следующих случаях:

  • если оно необходимо для спасения жизни или здоровья человека, который не в силах выразить свою волю;
  • если гражданин страдает заболеванием, опасным для окружающих;
  • для проведения судмедэкспертизы или судебной психиатрической экспертизы;
  • если человек совершил особо опасное преступление;
  • если гражданин имеет психиатрическое расстройство.

С другой стороны, существует важный нюанс, о котором я уже говорила выше. Без дополнительного обследования невозможно определить годность призывника к службе. Поэтому отказ от его прохождения может расцениваться как попытка уклонения от прохождения мероприятий, связанных с призывом.

Если в военкомате дали направление на обследование в ПНД, я советую не отказываться от акта и пройти врачей в диспансере. Исследования покажут наличие или отсутствие психических расстройств.

При их отсутствии призывник признается годным к службе и получит повестку на отправку.

Постановка на учет в психоневрологический диспансер в этом случае не производится, нахождение в клинике не повлияет на дальнейшую жизнь и не отобразится в других документах.

При обнаружении расстройств психики призывник получит непризывную категорию и освободится от призыва. Причина зачисления в запас и сам диагноз в военном билете не указываются.

C уважением к Вам, Михеева Екатерина, руководитель юридического отдела Службы Помощи Призывникам.

Помогаем призывникам получать военный билет или отсрочку от армии на законных основаниях: 8 (800) 333-53-63.

Источник: https://armyhelp.ru/dopolnitelnoe-obsledovanie-ot-voenkomata

Желтый дом для призывников: как я лежал в психиатрической больнице от военкомата

Военкомат отправил в психиатрическую больницу что будет если не проходить

В ноябре 2016-го я потерял маму в результате инсульта, пережил финансовый крах, кое-как смог удержаться от самоубийства и понял, что со всем этим надо что-то делать.

После полугода депрессии и суицидальных мыслей летом 2017-го я обратился к психотерапевту в частную клинику.

Врач поставила диагноз: расстройство приспособительных реакций (если по-простому — депрессия в связи с тяжелой жизненной ситуацией) и назначила курс антидепрессантов.

На тот момент я заканчивал первый год в магистратуре юрфака. Желания и возможности учиться не было, и я принял решение отчислиться. Лишившись статуса студента, я автоматически потерял и отсрочку от призыва.

Служить не хотелось, но идею три года бегать от военкомата, пока не исполнится 27, я считал глупой авантюрой. Оставался один путь — проверять здоровье.

Мои физические недуги по степени тяжести не освобождали от службы, и я решил честно рассказать в военкомате о своих проблемах с головой, о том, что хожу к психотерапевту и принимаю антидепрессанты.

Выслушав, психиатр в военкомате сообщил мне «радостную» новость: для подтверждения диагноза и вынесения решения о негодности мне придется лечь в психиатрическую больницу: минимум на две недели, максимум — на месяц.

— Там хоть безопасно? — спросил я. Врач со смехом ответил, что это самое безопасное место в мире.

Больница в моем городе (Казань) выглядит именно так, как в фильмах: старое трехэтажное здание XIX века из красного кирпича. По двору с фонтаном, понятно, не работающим осенью, прогуливались люди, похожие на тени живых.

Добровольно сдаться в психушку не так просто, как вы думаете. Я уговаривал себя две недели, но когда наконец дошел до приемного покоя, с трудом сдерживался, чтобы не сбежать.

На стульях своей очереди ждали несколько пенсионеров, но меня, как пациента по линии военкомата, приняли вне очереди. Дали градусник и сразу, ругаясь, отправили домой: от волнения у меня поднялась температура, а больные физически пациенты им были не нужны.

История повторилась еще дважды. Я добросовестно лечился, но организм слишком переживал из-за предстоящего приключения. В итоге, приняв двойную дозу аспирина, через неделю я все же выдержал градусник-тест.

Параллельно со мной оформляли прием девушки, которая была явно не в себе и пела гимн РФ. Моя одежда и наушники отправились по описи на склад, документы и телефон взяла с собой медсестра, которая меня сопровождала.

Переодевшись в принесенную из дома удобную одежду, я становлюсь пациентом мужского отделения.

Все дни тут одинаковые. Каждое утро нас будят в 6:00. Вставать не хочется, но персонал не отстанет. Я иду в туалет, захватив пасту и щетку.

Туалет в психушке (тот, что для пациентов) — испытание не для слабонервных. Никаких кабинок или хотя бы перегородок — просто три дырки в полу и две раковины.

К счастью, призывников иногда пускают в нормальный туалет для персонала — если хорошо попросить. Вообще, блага цивилизации — это то, чего больше всего не хватает в больнице, где на все отделение из 60 с лишним человек вот эти дырки в полу и два душа.

Почистив зубы и обменявшись приветствиями с местными обитателями, которые с утра набиваются в туалет для пациентов, чтобы выудить из кого-нибудь сигарету, я одеваюсь и думаю: как же хорошо, что я не курю. Сигареты — аналог наркотика здесь. За них многие готовы отдать еду или унижаться. Конечно, курение официально запрещено, но тут рассуждают по принципу «не пойман — не вор».

Утром у призывников единственное время, когда можно выйти на улицу: пятнадцатиминутная уборка территории. Идут не все, кому-то лень, кто-то спит, несмотря на крики персонала.

Я всегда иду: работы там на пять минут, а когда сидишь сутки в четырех стенах, радуешься самой малой возможности выйти и подышать полной грудью.

На уборку выводят только тех, кто лежит по направлению из военкомата: боятся, что больные могут сбежать, такие случаи были. Призывнику сбегать незачем, потерпеть две недели — и все.

После уборки и завтрака нас переводят на «острую половину» отделения, пока санитарка моет пол в наших помещениях. Там лежат неадекватные пациенты, за которыми нужен особый надзор.

«Острая половина» больше всего напоминает локацию из хорроров про психушки. Высокие потолки, белая плитка и жуткая смесь запахов мочи и медикаментов.

Я лежу на «спокойной» половине, и она больше похожа на санаторий эконом-класса. Половины разделены дверьми.

Переводят нас перед каждым приемом пищи, кроме ужина, и каждый раз мы почти час сидим в компании потерянных и неадекватных людей. Впрочем, большинство — безобидны.

Лекарства так бьют по ним, что бедняги не то что буянить, ходить нормально не могут. Эксцессы случаются, но в основном местный контингент только мотает нервы персоналу.

Кормят как в обычной столовой, не ресторан, конечно, но есть можно. Все остальное время помимо еды, ожидания и сна мы либо ходим на обследования, либо просто страдаем от скуки. Кто-то смотрит телевизор, некоторые из больных наматывают километры, вышагивая по коридорам.

Обследования для призывника — это посещение 5 и более врачей, программа составляется все индивидуально. Аналогично определяется и срок пребывания в больнице, он зависит от диагноза, с подозрением на который тебя направил военкомат.

Эпилептики, например, могут лежать вплоть до 30 дней. Такая же ситуация с лунатиками. Невротиков и депрессивных не держат дольше двух недель.

Нас водят к психологам, мы проходим тесты на внимание, реакцию, отвечаем на вопросы о своем эмоциональном состоянии и сексуальных предпочтениях. Нам просвечивают рентгеном черепа и проверяют рефлексы.

В принципе делается все, чтобы получить достоверный вывод о возможности доверить человеку автомат.

Никто не хочет потом быть виноватым в том, чтобы на службе кто-то из нас выбросился из окна или начал расстреливать сослуживцев.

Отбой здесь в 22:00. Организм после типичного для горожанина сбитого режима долго не может привыкнуть к столь раннему отходу ко сну, но на вторую неделю становится более-менее терпимо.

Свет в отделении полностью не отключают даже ночью, он горит в коридоре на «острой» половине. Ах да, и в палатах нет дверей, чтобы в любой момент можно было наблюдать за пациентами.

Все остальные двери в отделении всегда закрыты на ключи, которые есть только у персонала.

Телефоны все сдают перед поступлением в отделение.

Мобильником можно пользоваться два раза в неделю, по часу, его выдают в строго определенное время. Если страдаете интернет-зависимостью — то для вас созданы отличные условия, в которых вы быстро отвыкнете от Сети.

Теперь о местных обитателях. Большинство относительно адекватны. Относительно — значит, они не будут бросаться на тебя или угрожать. Обычно. Но иногда наступает время этих самых историй. Один дедушка рассказывает, что видел НЛО, что по отделению ходят какие-то «невидимые», с которыми он иногда дерется.

Другой, молодой пацан, ради шутки сообщил полиции о том, что нашел свой труп. Просто позвонил и назвал свои паспортные данные. Понятно, что слуги закона юмор не оценили. Третий, то ли в шутку, то ли всерьез, собирается создать свою партию и выдвинуться в президенты. Его тут так и называют — «Президент».

Смех смехом, но парень действительно интересно рассуждает, да и историй у него куча, он травит байки по просьбе призывников, страдающих от скуки. Например, о том, как он ездил в Москву за грузовиком для ассенизаторов — просто наложить на бит, и вот вам трек группы «Кровосток».

Другой персонаж рассказывает, как однажды прокатился на велосипеде от Чебоксар до Казани (150 км), потому что у него не было денег на дорогу.

Один старикан изображает из себя вечного больного. То сердце у него прихватит, то еще что. Свои представления он разыгрывает, чтобы привлечь внимание. Как только его начинают игнорировать, спектакль кончается.

Мы про себя называем его Актером. Если говорить о полной клинике, то совсем неадекватных в отделении всего два человека. Они не говорят, ходят туда-сюда, смотрят в потолок и пускают слюни.

Но по словам медсестер, иногда могут проявлять агрессию, и их тихий вид обманчив.

Больных лечат таблетками, которые им выдают несколько раз в день. От них у многих путается речь и трясутся руки.

Призывников только обследуют, лечение нам не положено. Как объясняют, нас специально держат определенное время в такой атмосфере, чтобы посмотреть, как мы поведем себя в стрессовой ситуации.

На вторую неделю моего заключения становится настолько скучно, что я просто убиваю время любыми способами, не запрещенными законом. Хожу по отделению, смотрю телевизор, по которому показывают одни и те же серии «Доктора Хауса», считаю плитки на полу. Все обследования пройдены, остается только ждать медицинской комиссии, которая и решит, что с мной делать.

С 10 до 12 и с 16 до 19 могут приходить посетители. Меня навещает друг, близких родственников у меня нет, а остальным я решил не говорить.

Призывники держатся вместе — только между собой можно нормально поговорить, а бредовые истории других пациентов, в конце концов, надоедают. Также меня спасали книги: в отделении оказалась неплохая библиотека, хотя физическое состояние книг оставляло желать лучшего.

Персонал.

У всех, от врачей-психиатров до санитарок, явные следы эмоционального выгорания. Такова суть этого места: оно вытягивает силы из тех, кто тут работает, и дает злость на пациентов и людей в целом.

И вместе с тем нельзя не уважать людей, которые работают в таких условиях и с таким трудным контингентом.

И наконец, на двенадцатый день моего пребывания приходит время комиссии. Меня приглашают в кабинет заведующего, спрашивают, хочу ли я служить. Естественно, помня о том, в каком состоянии я был на гражданке, отвечаю, что нет, так как боюсь не справиться с собой в армии.

Но все не так просто. Врачи отмечают, что я держался слишком спокойно для своего диагноза, что можно объяснить как выздоровлением, так и эффектом от антидепрессантов, которые я принимал перед больницей. Поэтому по мне нельзя дать однозначное заключение.

Вместе с тем отправлять в армию тоже нельзя, так как были обращения к психотерапевту. Принимают соломоново решение: меня ставят на наблюдение по месту жительства сроком на один год. Я обязан ходить к участковому психиатру и отчитываться о своем состоянии.

На этот год мне дадут отсрочку от призыва. Что же, могло быть и хуже.

А теперь мне остается только дождаться старшего медбрата, который принесет мои вещи, переодеться — и все, я на свободе. Со мной одновременно уходит еще один призывник, с которым я успел подружиться. Его признали здоровым, как он и хотел. Но сейчас нас не так сильно волнует армия. Больше всего мы просто хотим покинуть больницу и вернуться домой.

Ох, это сладкое чувство свободы! Мы идем по больничному двору и физически наслаждаемся им. Я, как и придумал заранее, включаю трек из «Стражей Галактики», под который Питер Квилл танцевал в начале (Redbone — Come and Get Your Love). И пританцовываю сам.

Звуки города, от которых я уже отвык, обрушиваются на голову: шум машин, голоса людей, гул ветра. Они звучат так, как будто я слышу их впервые.

Вот и все. Я прохожу через КПП и наконец-то оказываюсь на свободе.

А каков итог? Проведя двенадцать дней в обществе психически больных, я понял, что я не один с такими проблемами. И мои трудности явно не столь серьезны, как у тех, кто лежит в больнице.

Я узнал, что могу выдержать многое, гораздо больше, чем думал.

Вообще, как ни странно это прозвучит, я рекомендовал бы каждому попробовать полежать в подобном заведении — просто чтобы прочувствовать атмосферу и начать ценить свою жизнь и простые блага цивилизации.

Источник: https://knife.media/shutter-island/

Истории пермяков, которые откосили от армии: «В психушке очень страшно»

Военкомат отправил в психиатрическую больницу что будет если не проходить

Очень часто молодые люди не хотят идти в армию. Они стараются найти способ, чтобы избежать служения Родине. Корреспондент «Pro Город» пообщалась с пермяками, которые откосили от армии с помощью психушки.

В воскресенье, 15 мая, парни анонимно рассказали о том, как они обошли армию в психиатрической больнице.

История 1

Придя по повестке в военкомат, я пошел на медобследование. В кабинете психиатра я жаловался на бессонницу, ночные кошмары, на частые депрессии.

Сказал, что кричу по ночам, друзей нет и общаться ни с кем не хочется. После моего рассказа врач дал направление в психиатрическую больницу.

Чтобы закрепить результат, я, выйдя из кабинета, «шуганулся» от парня, который там стоял. Сделал вид, что дико испугался.

Редакция «Pro Город» не одобряет поступки героев материала. Внимание, уклонение от армии грозит уголовной ответственностью.

На следующий день я приехал в больницу, повторил все тоже самое, даже немного приукрасил. Меня положили на дневной стационар в психушку. Там я сдавал анализы, беседовал с неврологом и психиатром. Все тесты, которые мне давали, я специально «заваливал». То есть всячески строил из себя тихоню, который вечно находится в депрессивном состоянии и нервничает по пустякам.

Спустя какое-то время мне поставили диагноз: расстройство личности.
Но я считаю, что потерянный в армии год не стоил того, чтобы находиться в психушке три недели. Там правда очень страшно.

Был один мужчина, который постоянно качался туда сюда в любое время. Когда ел, когда в туалет ходил, когда гулял. Была девушка, Катя, она всегде ходила с игрушкой, гладила ее, кормила. Просто пихала кашу в ее рот.

Игрушка, конечно, вся была грязная, может и с плесенью. Но она не давала ее никому: сразу начинался дикий ор. Еще была женщина, которая зарубила мужа топором, спустя 6 лет, как узнала про его измену. Она смеялась по любому поводу.

А еще у нее постоянно дергался глаз. Это было реально жутко.

История 2

В школе я был «хулиганом», к учебе интереса не проявлял, постоянно дрался, поэтому характеристику мне дали отрицательную. Пришел в военкомат, меня, как и всех других, отправили к психиатру.

Там я стал говорить, что ненавижу людей, они вызывают во мне отвращение. У меня один лучший друг и мне достаточно. Меня отправили в психиатрическую на обследование, там я говорил все точно так же.

Не люблю людей, не хочу общаться с ними, но и не конфликтую. В итоге сделали вывод, что я просто замкнутый.

Отправили в стационар. Палата была опрятная, со мной лежало еще 4 таких же «призывников». В принципе, все было адекватно. Но!

В соседнем корпусе лежали реальные психи, то есть нарушения у них были очень явные. Один из них часто орал во сне. Он был адекватным парнем, но ночью кричал, как будто его режут.

Жутко ночью было просыпаться от криков. Был еще один, вроде тихий, но если при нем упомянуть имя Жанна, то у парня сразу начиналась дикая истерика. Он бросался на людей, кричал, даже плакал.

Так и не выяснил, что это за Жанна.

В итоге меня выписали через месяц как «социально неактивного». Я не могу сказать, что там было очень страшно, но психику себе я испортил на всю жизнь.

История 3

Я откосил от армии, потому что не хотел терять два года своей жизни. Как некоторые призывники в то время, решил обойти армию с помощью психушки. Пришла повестка — я отправился в военкомат.

Если тебя отправляют в районном военкомате к психологу — то там надо пройти тест с иллюстрациями, который состоит из 8 сегментов. Надо дорисовывать то, что приходит в голову.

Я нарисовал: окровавленный меч, крокодила, слона с большими бивнями, скелет на пляже, ураган на море, елку,упавшую на дом, пришельцев. Отправили на дополнительно обследование к краевому психологу. Вот там меня и отправили в психушку.

И, конечно, там было очень много разных неадекватов.

Псих № 1. Столько находился в дурке, что не знал некоторых обыденных вещей. Однажды его возили на какую-то комиссию, и он увидел вывеску «Суши — бар» и спрашивал у нас, что это такое.

Псих № 2. Периодически орал : «Шураааа, кушать». Других слов он не знал.

Псих № 3. Однажды туда привезли дедаа, который путал значения слов. Говорил противоположное. Например, начинал буянить, медсестры попросили помочь привязать его к кровати, а он нам: «Зачем вы меня вяжете, я же вам ничего хорошего не сделал!»

Источник: https://progorod59.ru/news/7350

Проф-Адвокат
Добавить комментарий